История каждого города неповторима, а судьба непредсказуема.  Легендарные первые  русские города в западной Сибири подобно яркой вспышке озарили огромные пространства, как Мангазея на реке Таз, но  исчезли со страниц истории спустя незначительное время. Другие прошли путь от небольшого города до центра обширного уезда (например, Березов), а иные стали именоваться «городами будущего».

Интересна #история появления сразу двух небольших волостных поселений, не отличавшихся ничем примечательным изначально, но которым было суждено стать столицами двух национальных округов в составе обширной Тюменской Области – Обдорска (далее села Обдорского, совр. г. Салехард) и Самаровского Яма (далее – села Самаровского, расположено на территории современного города Ханты-Мансийск).

Обдорский городок и Собская застава. Чертежная книга Сибири С. Ремезова, 1701 год
Обдорский городок и Собская застава. Чертежная книга Сибири С. Ремезова, 1701 год

Историю Обдорска-Салехарда принято отсчитывать с конца XVI века, при этом исследователи не единодушны в определении конкретного года: называют даты 1593, 1595 и 1596 года, наиболее радикальные историки считают, что Обдорск был заложен в результате похода 1499 года. Видный исследователь Сибирской истории – Е.В. Вершинин, считает, что наиболее аргументированной датой является 1596 год, однако, замечает, что ни о каком остроге, и тем более городе с постоянным русским населением не может идти и речи: вместо этого в районе остяцкого Обдорского городка (известного как Носовой и ранее) была воздвигнута резиденция березовских сборщиков ясака, которые приезжали сюда только в зимнее время.

Обдорский городок был основан как аборигенный населенный пункт задолго до появления в этой местности русских. Более того, Г.Ф. Миллер заметил, что впервые русский острог на месте «бывшей остяцкой крепости, которая еще до русского завоевания часто посещалась зырянами для торговли» был основан лишь в 1731 году. Заметим так же, что из текста «Описания Сибирского царства» явственно видно, что русский отряд в указанный год даже не добрался до Обдорского городка, а остановились по взятию Войкара и именно оттуда вернулись с полоном в Березов.

Обдорская крепость. Рисунок по миткалю («Шторки») Н.Шахова, 19 век
Обдорская крепость. Рисунок по миткалю («Шторки») Н.Шахова, 19 век

Юильский острог на реке Казым был основан после уже упомянутого нами выше указа 1731 года. «Подробнейшее» описание Обдорского острога, поставленного в 1731 году по указанию императрицы Анны Иоанновны, мы находим в труде Г.Ф. Миллера: «Острог…охватывает пространство на 20 сажень в длину и 15 саженей в ширину, с 4 жилыми помещениями и 6 амбарами (56,96х52,72 м. – авт.)». Таким образом, можно говорить, что 1595 год – год не совсем удачный для празднования даты основания Обдорска-Салехарда, на самом деле с этим годом связано другое, более значимое событие – вхождение всего Нижнего Приобья, богатейшей территории, в состав Русского государства.

Чем же являлся Обдорск в первое столетие своего существования? Расположенный на пересечении сразу нескольких торговых путей, обдорский городок закономерно стал важным пунктом контроля за движением на этих коммуникациях. Неминуемо здесь появляется таможенная застава , вероятно, объединенная с Собкой заставой единым руководством. «Роспись Сибирским городам и острогам», составленная не позднее 1640-го года, именует населенный пункт на р. Полуй как «Обдорское зимовье», куда «Зъ Березова посылают государевых служилыхъ людей для государевыхъ делъ».

Ярмарка в Обдорске, рисунок М. Знаменского из книги «От Тобольска до Обдорска», 1862
Ярмарка в Обдорске, рисунок М. Знаменского из книги «От Тобольска до Обдорска», 1862

Таким образом, в Нижнем Приобье, благодаря наличию летней Собской заставы и Обдорского зимовья, уже в XVII веке складывается строгая система управления территорией. Важное значение зимовье получает еще и потому, что именно в зимний период происходил сбор ясака с подвластного населения. В 1667 году по указу царя Алексея Михайловича тобольским стольником воеводой П. И. Годуновым был составлен «Чертеж всей Сибири». В этом источнике уже упоминается Обдорская застава, причем здесь так же подчеркнуто единство двух пунктов: «Оть Березова мимо Обскую (Собской – авт.) и Обдорскую заствъ до Мангазейского моря по Объ же реке внизъ доходятъ въ 12 денъ…»  А в «Списке с чертежа Сибирской земли» 1672 года при описании этого же пути Обдорская застава и вовсе не упомянута.

Первое столетие существования русского населенного пункта, известного как Обдор, не было ознаменовано появлением действительно города или острога. Годовальщики и казаки вполне обходились несколькими строениями внутри или вернее около бывшего остяцкого городка. Постепенно значение этого пункта начало расти – развитие торговли привлекало все больше купцов, а развязанная в нач. XVIII века политика христианизации населения Западной Сибири заставила создать надежный оплот православия в Нижнем Приобье. Им и стал бывший Обдорский городок – на его месте появляется вначале небольшое село Обдорское. Так бы и оставалось оно просто селом, если бы не перспективы выгодной торговли с аборигенным населением.

Черная лисица. Символ города Салехард
Черная лисица. Символ города Салехард

С 1825 года здесь начинает действовать ежегодная Обдорская ярмарка – крупнейшая в Северо-Западной Сибири. Успехи ее заставили даже поднять вопрос о присвоении селу статуса города еще в начале XX-го века. Тогда такой запрос остался не удовлетворенный, однако, когда в 1930 году образовывался Ямало-Ненецкий национальный округ (совр. ЯНАО) именно этот населенный пункт, знаменитый своей шумной ярмаркой и выгодным положением, стал столицей нового административного субьекта. Тогда же меняется и его название – на смену зырянском «Обдор» пришло ненецкое название города – «Салехард» (дословно «Мысовой город»).

Земли Югры
Земли Югры

Еще одним, крупным русским поселением на севере Западной Сибири стал Самаровский ям, село Самаровское (иногда – Самарское). История появления Самаровского Яма достаточно обширно освещена в научной и научно-популярной литературе. Более того, современным историкам известен пофамильный состав жителей села в XVII веке.  Но вот парадокс, как и в случае с Обдорском, в широкой среде, датой основания Самарово принято считать дату первого упоминания в документальных источниках. А таковым упоминанием являются сведения из «Летописи Сибирской краткой Кунгурской» датируемые 1582 г.  – «И майя въ 20 день доплыша до Самара княжца, и ту в сборе 8 княжцовъ, ждуще побита силою. Богданъ же с таварищи, моляся богу, в день неделный приплыша протокою под самой Самаръ, и засташа многихъ остяковъ на карауле спящихъ твердо бѣз опасения».

Но все же, у Самаровского Яма есть относительно точная дата основания . В 1637 г., когда по указу царя Михаила Фёдоровича Романова 1635 г., в результате жалоб местных остяков и вогулов, о тяжести повинности «подводной гоньбы», были организованы два «яма» – Демьянский и Самаровский.

Ночной Салехард
Ночной Салехард

У современного читателя, зачастую видевшего лошадь только лишь на экране, а с ямщиком знакомого по школьному курсу, вызовет вопрос такое понятие – «подводная гоньба». В XVII в., в русском языке установилось такое выражение – «гонять подводы». Казалось бы, речь идет о перемещении на повозках, запряженных лошадьми (зимой на санях). Но в Сибири это понятие было более широким. «Подводная гоньба» включала в себя, в том числе и использование водных путей. Более того, на севере Западной Сибири, сухопутные дороги были крайне редки, поэтому подводная повинность для самаровского ямщика заключалась в сопровождении речных судов в качестве тягловой силы (с помощью весла, шеста, бечевы либо с использованием воротов), а в зимнее время основной парк ямщиков составляли оленные либо собачьи упряжки. И вот как раз ямщина для аборигенов являлась не службой, а повинностью.

Так, например известна челобитная грамота 1603 г. белогорских князьков Таира и Байбалака Самаровых, в которой они сообщали, что их волость расположена «на большой дороге промеж городов». Служилые люди и гонцы, направлявшиеся из Тобольска в Березов и Сургут, брали у них подводы, в чем ясачным людям «чинилась теснота великая». А в 1610 г. ляпинский князец Кушкул сообщал в Москве, что ясачные люди его волости «ходят за Камень по суды», сопровождая березовских казаков. В это же время половина остяков Подгородной волости Березовского уезда (30 человек) выполняли ямскую службу, но не платили ясак.

Почта на реке Иртыш у села Самаровского, 1909 год
Почта на реке Иртыш у села Самаровского, 1909 год

Очевидно, что власти прекрасно понимали, чем грозит перераспределение трудовых ресурсов. Поэтому, что бы не отрывать ясачных людей от добычи пушного зверя и не ставить их перед угрозой голодной смерти, было решено организовать на постоянной основе так называемые «ямы». В отличие от XIX в., «ям» в веке XVII это не почтовая станция, а скорее место базирования транспорта и логистический пункт.

Первый «прибор» ямщиков был организован сыном боярским Иваном Погожим в Сольвычегодском, Чердынском и Соликамском уездах.  Первоначально в устье Иртыша, на место будущего села было переселено вместе с семействами 50 ямщиков – «вытей». На каждую «выть» (службу) полагалось годовое жалование в 20 рублей и по 40 четей ржи и овса. Основными направлениями, по которым «гоняли» самаровские ямщики, являлись дороги вверх по Иртышу до Демьянского яма, вверх по Оби до Сургута и вниз по Оби до Сухоруковских юрт (бывших вотчин князей Алачевых). Из документов известно, что самаровская ямщина в 1631 году добилась повышения жалования до 23 рублей в год. Росла и ямщицкая слобода. В 1710 г. в Самаровской слободе имелось 160 дворов, из них 146 — ямщицких. Всего в слободе проживало, включая детей, 965 человек, в том числе 465 мужского и 500 женского пола.

План поселения Самаровского, рисунок из книги Х.М. Лопарева «Сомарово».
План поселения Самаровского, рисунок из книги Х.М. Лопарева «Сомарово».

Впрочем, устройство ямов так и не сняло до конца с ясачных инородцев необходимости осуществлять «подводную повинность». Частично это связано с отсутствием возможности самаровских ямщиков самостоятельно обеспечивать себя хлебом.

Панорама села Саморово, фото начала 20-го века
Панорама села Саморово, фото начала 20-го века

Одно из наиболее подробных описаний Самаровского яма оставлено историком Г. Ф. Миллером в своих сибирских путевых заметках середине XVIII в. Он сообщает в числе прочего о наличии в слободе большой двухэтажной каменной церкви (зимней посвященной Покрову Богородицы, с приделом Св. Николая и летней – посвященной празднику Знамения Богородицы). Помимо церкви в Самаровском Яме располагалась небольшая деревянная часовня. Количество дворов 111 (из них 93 двора принадлежали ямщикам) говорит о сохранившемся значении Самаровского яма как важного логистического пункта. Более того, Миллер говорит о Самарове как населенном пункте, имеющим вид «почти города», административном центре большого дистрикта (волости), центре сбора ясака, таможне и важной речной пристани.

Герб столицы Югры
Герб столицы Югры

После организации в 1930 г. Остяко-Вогульского национального округа (в дальнейшем Ханты-Мансийский автономный округ), в 5 км от села Самаровского началось строительство нового населённого пункта, столицы региона – поселка городского типа Остяко-Вогульск (с 1940 г. – Ханты-Мансийск). Вхождение села Самарово в состав города Ханты-Мансийска произошло только в 1950 г.

Оригинал рассказа размещен в ноябрьском номере журнала Уральский следопыт за 2020 год

авторы:

Окончил Тобольский государственный педагогический институт им. Д.И.Менделеева. Старший инспектор отдела гос. охраны Госкультохраны Югры (г. Ханты-Мансийск). Автор печатных работ по истории и охране памятников культурного наследия Западной Сибири.

Сабаров Александр Николаевич

Окончил Тобольский государственный педагогический институт им. Д.И.Менделеева. Старший инспектор отдела гос. охраны Госкультохраны Югры (г. Ханты-Мансийск). Автор печатных работ по истории и охране памятников культурного наследия Западной Сибири.
Окончил Курганский государственный университет. В 2019 окончил аспирантуру КГУ. Научный сотрудник сектора археологии и этнографии ГБУ ЯНАО МВК им. И.С.Шемановского (г. Салехард). Автор более 20 печатных работ по истории и археологии Западной Сибири, в т.ч. коллективной монографии «Тюменское и Сибирское ханства»

Перцев Никита Викторович

Окончил Курганский государственный университет. В 2019 окончил аспирантуру КГУ. Научный сотрудник сектора археологии и этнографии ГБУ ЯНАО МВК им. И.С.Шемановского (г. Салехард). Автор более 20 печатных работ по истории и археологии Западной Сибири, в т.ч. коллективной монографии «Тюменское и Сибирское ханства»
обложка ноябрьского 2020 года номера журнала “Уральский следопыт”
обложка ноябрьского 2020 года номера журнала “Уральский следопыт”

Подписывайтесь на материалы, подготовленные уральскими следопытами.