Новая Земля

Попытка установления немецких метеостанций.

Арктические просторы – богатые морскими ресурсами острова, матерковое побережье и акватории, не одно столетие притягивали «зарубежных гостей». В XIX – начале XX вв. Новой Землёй и Землёй Франца-Иосифа, де юре-остававшимися бесхозными пыталась овладеть Норвегия. В послереволюционные годы на Северную Землю пытались распространить свой суверенитет Швеция и США, а к острову Врангеля рвались те же американцы вкупе с канадцами и англичане. В планы Германии на арктическом театре военных действий входили нарушение деятельности Северного морского пути и нанесение общего психологического воздействия на этот, казалось бы, неприступный из-за удалённости от основных районов боевых операций и защищённый природной обстановкой, район СССР. Новая Земля была серьёзным барьером с запада вглубь Советской Арктики, в Карское море, куда стремилось проникнуть немецкое командование.

Панорама залива Иностранцева, в районе которого немцы организовали две АГМС. Фото Ирины Скалиной
Панорама залива Иностранцева, в районе которого немцы организовали две АГМС. Фото Ирины Скалиной

С началом Второй мировой войны интерес к Новой Земле со стороны Германии усилился. Крайняя северная граница СССР проходила по арктическому побережью страны, она не была укреплена, тут отсутствовали военно-морские и сухопутные базы (за исключением пограничного Кольского полуострова). Видимо, немцы ещё задолго до начала войны имели планы на эту часть СССР. Недаром же, перед самым началом войны по всей трассе Северного морского пути с ведома советского руководства и при сопровождении советских военных кораблей было проведено разведывательное судно «Комет», а в 1931 г. над Западной Арктикой осуществил полёт знаменитый дирижабль «Граф Цеппелин» с советско-германской экспедицией на борту. Лишь позже стало известно, что во время обеих экспедиций немцы вели активное фотографирование наших арктических владений.

Заправка летающей лодки BV-138 c субмарины U-255 у берегов Новой Земли, август 1942 года. Архивное фото
Заправка летающей лодки BV-138 c субмарины U-255 у берегов Новой Земли, август 1942 года. Архивное фото

Видимо, из-за чрезвычайной секретности, которой и до сих пор окутан архипелаг Новая Земля, а своей большей частью её территория входит в состав Центрального полигона РФ, вся подробная информация о военных действиях в акватории и на суше этой части Арктики во время Второй мировой войны до сих пор ограничивается официальным отечественным изданием – четвёртым томом уже упомянутого мной выше многотомника М.И. Белова «Истории открытия и освоения Северного морского пути», или может быть заимствована из англоязычной статьи, написанной известным немецким историком Второй мировой война Францем Зелингером и помещённой в вышедшем в 2001 г. в Архангельске малым тиражом сборнике «Война в Арктике». Оставаясь почти не известными в современной России, эти издания мало что добавляют к снятию грифа «секретности» с операций противника в Русской Арктике в годы Второй мировой войны.

Немецкая подводная лодка в Арктике. Архивное фото
Немецкая подводная лодка в Арктике. Архивное фото

Новая Земля была серьёзным барьером с запада вглубь Советской Арктики, в Карское море, куда стремилось проникнуть немецкое командование. В планы Германии на арктическом театре военных действий входили нарушение деятельности Северного морского пути и нанесение общего психологического воздействия на этот, казалось бы, неприступный из-за удалённости от основных районов боевых операций и защищённый природной обстановкой, район СССР. Поэтому и надводные, и подводные корабли с начала конвойных проводок союзников были отряжены сюда не в единственном числе. Рейдерские рейсы главной ударной силы Германии на Севере – тяжёлого крейсера «Адмирал Шеер» и линкора «Тирпиц», специально разработанная операция «Wunderland» («Страна чудес»), говорят о многом. В 1943 г. в Карском море, например, рыскали целые группы немецких подводных лодок (по 6-7 одновременно), называемые в отечественной литературе не иначе, как волчьи стаи. Всего же тут постоянно присутствовало по 10-12 подводных лодок из 30 базировавшихся в морских базах на севере Норвегии. Противник умудрялся незаметно промышлять в наших территориальных водах, расставляя с подводных лодок мины на створах в Югорском Шаре и Карских Воротах. Крайним восточным пределом, куда смогли приникнуть немцы, а это уже стало известно только в 1990-2010-ые гг. была, например, дельта р. Лены.

Аэрофотоснимок полярной станции СССР «Мыс Желания» с разведывательного самолёта ВВС Германии, с обозначением объектов. Архивное фото
Аэрофотоснимок полярной станции СССР «Мыс Желания» с разведывательного самолёта ВВС Германии, с обозначением объектов. Архивное фото

Зная, что при неблагоприятных ледовых условиях на юге Новой Земли – в районе проливов Карские Ворота и Югорский Шар, возможен обходный маневр с прокладкой маршрута вокруг архипелага, мимо мыса Желания, или по узкому проливу Маточкин Шар, немцами была развёрнута активная работа по выбору подходящих мест для организации тут точек наблюдений за погодой и по расстановке метеостанций. В этой части Арктики немцы организовывали только метеостанции, работающие в автономном, автоматическом режиме. Организация же тут метеостанций, подобных функционирующим в зарубежной Арктике, при высокой активности советских надводных и подводных кораблей, морской авиации была невозможна, поскольку в подобных условиях доставка оборудования, людского состава и продовольствия, горючего или экстренная эвакуация всегда были проблематичными. Сейчас известно об организации нескольких автоматических метеостанций на западных берегах Южного и Северного островов архипелага.

Приморская терраса в заливе Иностранцева. На таких участках ландшафта немцы могли устанавливать АГМС. Фото Николая Гарнета
Приморская терраса в заливе Иностранцева. На таких участках ландшафта немцы могли устанавливать АГМС. Фото Николая Гарнета

Самая ранняя из них по времени, по крайней мере, установленная при знакомстве с иностранными источниками, появилась в средней части острова Междушарского (примерные координаты: широта – чуть севернее 71°, долгота – 52°32´ к востоку от Гринвича). Первая попытка установить тут АМС (автоматическую метеостанцию) была осуществлена немцами ещё 20 июля 1942 г., когда самолёт He-111 (командир – лейтенант Рудольф Шульце) сел на сушу Междушарского. Но тут же завяз в оттаявшем и пропитанном водой грунте и смог выбраться из ловушки лишь после того, как с другого самолёта на землю сбросили доски. Их смогли подложить под увязшие колёса, и самолёт, не завершив операции, взлетел. Следующая попытка установки АМС была предпринята осенью. 29 сентября на He-111 (командир – всё тот же Рудольф Шульце) из базы в Банаке на остров Междушарский отправилась очередная команда военных метеорологов. На этот раз экипаж заблаговременно запасся досками. Последовавшая атака советского самолёта МБР-2 не нанесла особого ущерба немецкой команде, но метеорологи решили убраться, оставив на месте высадки тяжёлые батареи. Оказавшись через два дня снова на берегу Междушарского, немцы обнаружили, что батареи им подменили, а мачты антенны сломали. Уже в наше время стало известно, что жители и защитники Новой Земли через несколько часов после посещения немцами острова всё же сочли необходимым выяснить, что же намеревался осуществить тут противник, и основательно разрушили оставленную впопыхах аппаратуру АГМС.

Устройство немецкой АГМС на Новой Земле
Устройство немецкой АГМС на Новой Земле

Через две недели, 13 октября 1942 г., силами метеорологической службы Люфтваффе на Междушарском была организована метеостанция; её кодовое название – «Kröte» («Жаба»). На возвышении, над несколькими морскими террасами береговой суши Междушарского, между двух антенн, закреплённых растяжками, был установлен традиционный метеорологический «домик» – будка с приборами, под которым находился запас подключённых к датчикам и передатчику антенн; автором конструкции был военный инженер Ф. Вольф (F. Wolfe). Четыре сброшенных парашютиста, среди которых находился и инженер-конструктор станции, смогли, наконец-то, собрать её и запустить. Но «Жаба» удовлетворительно проработала лишь две недели, а затем начавшиеся неполадки вынудили метеослужбу Люфтваффе отказаться от практики установки АГМС своими силами.

Расположение автоматических метеостанций «W. F.L.» на Новой Земле с 22.08.1943 по 15.10.1944 гг. («Война в Арктике. 1939–1945 гг. ». Архангельск, 2000)
Расположение автоматических метеостанций «W. F.L.» на Новой Земле с 22.08.1943 по 15.10.1944 гг. («Война в Арктике. 1939–1945 гг. ». Архангельск, 2000)

Хотя особой пользы немцам метеостанции на юге Новой Земли и не принесла, вызывает большое удивление, как, на сей раз, они смогли незаметно пробраться на остров, отстоящий всего на каких-то 35-40 км к югу от «столицы» Новой Земли – посёлка Белушья Губа, где находились местные органы советской власти, несколько десятков человек населения, да и сама акватория вокруг острова Междушарского и окрестная суша являлись основными районами жизнедеятельности новоземельских промысловиков, и тут же проходили их главные морские трассы. Кроме всего прочего, акватория вокруг Новой Земли и сама суша архипелага имели важное стратегическое значение; ведь они входили в регион действия союзных конвоев.

Общая панорама остатков немецкой АГМС «Герхард». Мыс Пинегина. Северный остров
Новой Земли, западный берег. Фото А. Лозюк, из архива «Комплексной экспедиции
Северного флота на архипелаге Новая Земля» 2018 года
Общая панорама остатков немецкой АГМС «Герхард». Мыс Пинегина. Северный остров Новой Земли, западный берег. Фото А. Лозюк, из архива «Комплексной экспедиции Северного флота на архипелаге Новая Земля» 2018 года

Наступившая затем в этих широтах полярная ночь до конца весны 1943 г. прервала попытки немцев установить станции слежения за погодой в этой районе Русской Арктики. Они были возобновлены лишь в конце лета – начале осени 1943 г., но проводились уже силами ВМФ Германии. 22 августа 1943 г. на мысе Пинегина, южном входном мысе в залив Иностранцева, находящемся на западном, баренцевоморском, побережье Северного острова немецкая подводная лодка «U-703» доставила на берег Новой Земли автоматическую погодную станцию типа «W.F.L.» (WFL-25») и организовала тут, на приморской террасе станцию «Герхард» («Gerhard»), примерно в 40 м выше уровня моря. Схема станций типа «W.F.L.» существенно отличалась от АМС, разработанных силами метеослужбы Люфтваффе. Она стала второй известной за всю историю Второй мировой войны немецкой метеостанцией станицей на Новой Земле.

Один из фрагментов остатков немецкой АГМС «Герхард» на Мысе Пинегина. Фото А. Лозюк, из архива «Комплексной экспедиции Северного флота на архипелаге Новая Земля» 2018 года
Один из фрагментов остатков немецкой АГМС «Герхард» на Мысе Пинегина. Фото А. Лозюк, из архива «Комплексной экспедиции Северного флота на архипелаге Новая Земля» 2018 года

А третью свою станцию – WFL-32 «Erih» («Эрих»), Германия организовала там же, на берегу облюбованного ими залива Иностранцева на следующий год, в середине октября 1944 г. На мыс Медвежий, находящийся севернее входа в залив, на невысокой приморской террасе, силами доставленной 15 октября подводной лодкой «U-387» за восемь часов была развёрнута АМС. Но сколько она профункционировала, так и осталось неизвестным.

Прибрежный ландшафт в заливе Иностранцева. Фото Ирины Скалиной
Прибрежный ландшафт в заливе Иностранцева. Фото Ирины Скалиной

Весь период военных действий в Арктике с 1941 года по 1945 год действовала советская метеостанция на самой северной точке архипелага Новая Земля – «Мысе Желаний». В августе 1942 года метеорологам удалось отбить атаку немецкой подводной лодки, предотвратив высадку десанта и разрушение станции.

Оригинал статьи размещен в майском номере журнала Уральский следопыт за 2020 год здесь http://www.uralstalker.com/uarch/us/2020/05/10

Кандидат биологических наук. Занимается исследованиями в области истории и культуры Русского Севера, русских путешествий и путешественников. Участник многочисленных экспедиций. Автор более 600 научных и научно-популярных работ. Давний автор «Уральского следопыта».

Автор Николай Вехов

Кандидат биологических наук. Занимается исследованиями в области истории и культуры Русского Севера, русских путешествий и путешественников. Участник многочисленных экспедиций. Автор более 600 научных и научно-популярных работ. Давний автор «Уральского следопыта».
Обложка майского 2020 года номера журнала "Уральский следопыт"
Обложка майского 2020 года номера журнала “Уральский следопыт”