От Тибра до Камы (ВЕРСИЯ)

Было время, когда язык, осколок которого сохранился в коми, был распространен на больших территориях Европы и Азии (корень слова Азия – As – в коми языке переводится как восток, завтра, утро).

Гора Манарага. Приполярный Урал
Гора Манарага. Приполярный Урал

На северо-востоке европейской части России, на территории республики Коми, находится самый большой по площади Национальный парк России «Югыд Ва», что означает «чистая вода». Множество рек стекает с западной части Уральских гор в бассейн Печеры (самой чистой реки Европы). Здесь же возвышается царица Северного и Приполярного Урала – гора Манарага.

Коми-язык соответствует красоте и чистоте этих мест. Правда, людей, понимающих коми язык, становится все меньше и меньше Он забыт и затерт настолько – в полном соответствии со вторым самоназванием коми: «зыряне», то есть согнанные со своих мест люди, – что мало кто им интересуется. Из 240 тысяч человек, формально считающих себя коми, языком владеют не более половины. Да и то, это уже не столько чистый язык, а сленг, в котором на 4 коми слова приходится 6 русских. Было время, когда язык, осколок которого сохранился в виде коми, был распространен на больших территориях Европы и Азии (даже корень слова Азия – As – имеет место в коми языке, переводимый как востокзавтраутросвой – заметьте, насколько эти смыслы родственны названию континента), в том числе и на Среднем и Южном Урале.

Например, Арамиль – не отбрасывая в сторону объяснение первой части «арай» – как низкий сырой луг (это слово, кстати, имеется и в коми языке, и вовсе не как привнесенное), я хотел бы обратить внимания на вторую – оно, более вероятно, происходит от слова «мыльк» – по-коми «холм», «возвышение». И тогда исходным словом для Арамиля будет «арай-мыльк», то есть сочетание абсолютно естественное и для географии, и для коми языка – холм на пониженном сыром лугу.
Река Исеть. Порог Ревун
Река Исеть. Порог Ревун

Река Исеть – в коми языке существует смена звука «ч» на «с», и наоборот. Например, одно из синонимов слова «река» будет звучать как «сер», и тождественно ему «чер»: например, реки Ви-сер, Ньыв-сер, Тым-сер – и их собратья «Чер» (причем в трех местах), и даже «Чер-мöс» (в Пермском крае). А потому я не исключаю, что в случае Исети имело диалектное произношение «исьöт» исходного слова «ичöт», то есть «малая», «небольшая», что вполне логично для этой реки в районе Екатеринбурга. Кстати, даже в названиях Екатеринбурга прослеживается коми след: например, улица Таватуйская – от слов «тава» – что-то указывающее через часть «ва» на воду, жижу, мокрое, – и «туй», то есть дорога. И еще кстати: в Забайкалье ойконимов на «туй» – что грибов после дождя: Акатуй, Биликтуй, Шоноктуй, Ченгыльтуй и множество других. Я не утверждаю, что «туй» в этих названиях однозначно «дорога», но чем черт не шутит?

Река Пышма – в данном случае смысл названия более чем очевиден: «пыш» по-коми будет «конопля» (не та, которую курят, а та, из которой делают веревку, шпагат, канат). В коми языке не редкость гидронимы, данные по преобладающей растительности – например, река Омра (растение из семейства зонтичных), да и Пыш-ты (конопляное озеро, то есть озеро для вымачивания) тоже не редкость в географии Коми.

Раз уж заговорили о конопле, заставлю улыбнуться еще раз: танкоград Нижний Тагил в слове Тагил восходит к коми «таг-йыл», что по-коми … хмель. (Да-да, многие подумают, что наши предки не только курили, но и пили).

Вид на пик Карпинского и Голубое озеро. Приполярный Урал
Вид на пик Карпинского и Голубое озеро. Приполярный Урал

Турья, Краснотурьинск – тоже не нужно буйства фантазии: по-коми «тури» – «журавль»; «тури-а» – «журавлиное»; на территории республики Коми наберется несколько гидронимов с корнем «тури».

Сысерть – от коми «сыв-сьöрт», то есть «талая долина» (кстати, я это объяснение выкладывал на официальном сайте Сысерти, только не знаю, сохранили ли его. Название в области не единично – в области есть река Талица).

Сысерть
Сысерть

Бисерть – аналогично Сысерти: «би» по-коми «огонь», то есть «би-сьöрт», а вернее даже, «биа-сьöрт», то есть долина с характерным признаком хозяйственной активности, связанной с использованием огня.

Серга – скорее всего, корень «сер» восходит к коми слову «сер» («чер»), то есть «река». Это объяснение я предлагал и администрации города Серпухов, за что она меня даже поблагодарила и обещала включить в перечень объяснений на официальном сайте города (если, конечно, не слукавила, лишь бы отделаться от меня).

По поводу озер Южного Урала, имеющих в названии элемент «куль». В коми языке имеет место слово «кулöм», то есть «сеть», «ловить», а также родственное «кульмыны», то есть «нереститься» (есть даже река под названием Кулöм и населенный пункт Кулöм-дiн). Так что еще неизвестно, тюркский корень ли «куль» в этих названиях первичен или коми «кулöм», «кульмыны». Во всяком случае, ясно, что это слова в разных языках родственные – и текстурно (по произношению и по написанию), и структурно (по смыслу).

На Урале, и совсем недалеко от Урала на восток, и даже в Сибири найдется несколько рек, имеющих удивительно созвучные названия: Ирбит, Иртыш, Иргиз, Иркут, – объединяющим для которых является начальный слог «ир». В этой связи напомню гидроним на карте Коми – Ира-ёль, что по-коми будет Йира-ёль, часть «йир» в котором означает бурное течение, водоворот, подмывание берегов. Что вполне подходит под течение всех этих рек

Перевал Зигзаг в долину реки Манарага. Лёд с розовыми водорослями. Приполярный Урал
Перевал Зигзаг в долину реки Манарага. Лёд с розовыми водорослями. Приполярный Урал

Перейдем к европейской части России. А здесь тоже есть немало поводов для удивления. Все знают о городе боевой славы наших предков – о Козельске (Калужская области) – название которого, повергающее в великое смущение официозных языковедов, происходит вовсе не от неблагозвучного «Козёл», а от слов «Коз-ёль», что в переводе с коми значат «ель» и «лесной ручей», то есть ручей в еловом лесу. Кстати, если в ойкониме на конце встречается -ел, -ель – это верная гарантия того, что ойконим ведет свое начало от коми «ёль» – глубокий лесной ручей. Например, Орёл – вовсе не от слова «орел» (откуда в Орловской губернии/области взяться орлам?), а от слов ор-ёль, то есть прерывающийся ручей. Кстати, ради интереса: в коми языке довольно дифференцированная система обозначений текущей воды: шор (плоскодонный ручей); ёль (глубокий лесной ручей); чер (сер) – река, приток; ва – река; ю – река.

Каргополь (Архангельская область) – не от слова «поле», а от трех односложных коми слов: «Кар» (в данном случае: множество) + «гöп» (яма) + «оль» (долина), что в совокупности дает сочетание кочковатая долина. В той же Архангельской области родственные названия: на западе области Няндома («нянь-тöм-а», то есть бесхлебный, голодный край) и на востоке области Урдома («ур-тöм-а», то есть лес без белок, пустой лес). Прогремевший на страну Шиес в Архангельской области – модифицированная форма от коми Сийöс (ёль), то есть извивающийся, как хомут, лесной ручей.

Обобщение о населенных пунктах, содержащих в структуре названия элемент -ин (-in). Этот элемент в коми языке отвечает за указание к месту нахождения, принадлежности – как в нарицательных существительных, так и именах собственных. В Коми: Помöс-дiн, Вöль-дiн и великое множество других. За пределами Коми: Кос-ин-о (Москва), Лыт-кар-ин-о (Подмосковье), Бол-дин-о (да-да, то самое, пушкинское), Боро-дин-о (тоже, как я думаю, Вы знаете, известное в истории). Я думаю, пока достаточно, а то места для перечисления не хватит, ибо в центральных и северо-западных областях России каждый второй топоним содержит в себе элемент -ин.

Ну и, разумеется, «Москва» (куда же без Третьего Рима?). Объяснение происхождения названия столицы построено на непризнании каких-либо объяснений вообще ввиду их несерьезности – то сырое, то медвежье место. На самом же деле, можно дать объяснение и Москве, не впадая в грех бытовых трактовок, и оставаясь в рамках географии. В частности, в коми есть слова «мöс» – ключ (родник, источник) и «ва» – река. Иными словами, Москва есть не что иное, как ключевая (родниковая) река, то есть река, богатая выходами ключей (родников), а образно – прозрачная река. Согласитесь, достаточно предметное и одновременно романтичное название для реки и довольно подходящее для названия столицы.

Но почему такая обширная география? Классическое языкознание исходит из детерминистского принципа, что материальная культура (как предмет археологии) и язык носителей этой культуры (как предмет языкознания) жестко связаны между собой и могут быть соотнесены друг с другом в виде даже не корреляции, а однозначной связи. И потому-де при переходе этих носителей на новые места обитания они переносят свою материальную культуру, а следы прежней стоянки отныне будут немым (именно что немым, безъязыким!) свидетельством, что в данном месте обитали носители определенного языка.

Так ли это на самом деле? Есть основания полагать, что куда больше понимания истины проявил казахский языковед О. Сулейменов, который в своей работе «От Тибра и Тигра до Камы» высказал недооцененную до сих пор мысль, что коми язык является одним из свидетельств, причем едва ли не самым лучше всего сохранившимся, распространенности единого языка людей в далеком прошлом, и на котором, по предположениям ученого, говорил Древний Шумер: «Угро-финские языки – кладезь древнейших лексем – живых праформ индоевропейских, тюркских, германских и др. языков, потому что все эти слова вынесены из общечеловеческого языка эпохи Начала. Нигде более не встретишь такого богатства! Первоиероглифы отпечатаны в значениях, а их названия в форме слов, как брахиоподы в миллионнолетних песчаниках» [Сулейменов, 1998].

Стойбище оленеводов. Приполярный Урал
Стойбище оленеводов. Приполярный Урал

А потому распространенность языков на современной географической карте сродни результату, который возникает на картине художника. Вначале художник кладет один слой краски, как грунт, равномерно по всей площади холста – пусть это будет первичный языковой субстрат. Затем художник кладет второй слой краски, но уже не по всей площади холста, а избирательно, в соответствии со своим творческим замыслом – и соответствием этому будет вторичный языковой субстрат, при этом если в центральных частях картины вторичный языковой субстрат полностью перекроет (ассимилирует) первичный, то на периферии первичный языковой субстрат сохранится; таковы, к примеру, языки национальных меньшинств в северных или в труднодоступных горных регионах нашего государства. Теоретически возможны и последующие слои краски, которым будут соответствовать новые языковые волны на холсте истории народов, но это уже немного из области полунаучных фантазий, поэтому я не буду тратить на это время.

Аналогия с картиной и слоями краски, конечно, не доказательство (как иронизирует А.К. Скворцов, ссылаясь на французскую мудрость, comparaison n’est pas raison, то есть сравнение – это не обоснование). Но, с другой стороны, ученый спасает и аналогию как метод научного познания, приводя другую французскую поговорку: grace a la comparaison, nous comprenons (благодаря сравнению мы понимаем) [Скворцов, 2004].

Применительно же к коми языку (а точнее, к первичному языковому субстрату, осколком которого сохранился коми язык), то на значительной части Восточно-Европейской равнины он был ассимилирован пришедшим с юга вторичным языковым субстратом – церковно- и южнославянским языком – как более молодым, активным и прогрессивным, имеющим на порядок превосходящие выразительные средства по сравнению с первичным языковым субстратом. И носители первичного языкового субстрата легко поддались очарованию нового языка и стали… русскими. Материальная культура при этом осталась прежней, а язык стал принципиально другим. И не было никаких переселений – была уверенная поступь нового языка. Первичный же языковой субстрат сохранился лишь в виде топонимов, а также в виде живого языка на периферии Восточно-Европейской равнины, а также фрагментарно в ее центре. (И то не надолго). 21 век тем более не оставляет шансов для общечеловеческого языка эпохи Начала, как образно выразился О. Сулейменов, подразумевая под общечеловеческим и коми как часть этого канувшего в лету всеобщего языкового интернационала.

Но коми язык пока еще нужен – правда, уже не как утилитарно-практический, а как элитарно-эстетический, – как язык познания исторического прошлого Европы. А может быть, и Азии (ведь слово As, как я уже сказал, в коми имеет множество родственных смыслов темпорально-географического свойства: востокутрозавтрасвой, родной) – словом, смыслы слова as в коми языке все как один намекают, что восток = родной.

Правда, я должен сказать и то, что не считаю коми язык изобретением небольшого народа, проживавшего в лесах на северо-восточной окраине Европы – во-первых, слишком совершенен и даже поэтичен коми язык; во-вторых, слишком распространены следы его присутствия на территории всей Европы и Сибири вплоть до Байкала и восточнее, чтобы быть творением узкого круга людей только с целью удовлетворения сугубо утилитарно-бытовых потребностей охотников и примитивных земледельцев; в-третьих, слишком древен коми язык, о чем свидетельствует краткость слов даже в пределах одиозной сводешовой сотни – средняя длина слов (количество звуков) в коми языке 3,87, что заметно меньше, чем во всех остальных родственных уральских (иначе еще называемых финно-угорскими) языках, не говоря уже о германских и славянских языках.

Иными словами, коми язык – это язык иного развитого общества, которое находилось на более высокой ступени эволюции, и лишь в виде осколка сохранился на севере Восточной Европы. Заслуга современных носителей (под современными в данном случае я понимаю последние 1,5-2 тыс. лет) коми языка вовсе не в том, что они его придумали, а в том, что они его сохранили, даже сами не понимая его истинного величия и значения. Это присуще этносам, которые уже перешли в состоянии мемориальной фазы (автаркии) и живут только настоящим, потеряв ориентацию во времени (правда, Л.Н. Гумилев, применявший в своих более ранних работах термин «автаркия», в последних редакциях своих работ избегал его, предпочитая говорить о «мемориальной фазе» [Гумилев, 2019]).

А понял историческое прошлое языка, к которому относится коми, судя по всему, только О. Сулейменов. Несколько лет назад («и случай, бог-изобретатель») наткнулся на работу казахского языковеда, после знакомства с трудами которого у меня открылись глаза на мой первый родной язык (коми) именно с точки зрения языкознания. Благодаря моему второму родному языку (русскому) я смог изложить свои мысли на бумаге. А потому я мог бы в заключение сказать: самое главное в коми языке – это русский язык. Да, как это ни парадоксально.

Оригинал статьи в рубрике ВЕРСИЯ размещен в мартовском номере журнала Уральский следопыт за 2020 год здесь www.uralstalker.com/uarch/us/2020/3

Место рожде- ния: Коми АССР, Усть-Куломский район, дер. Выльгорт. Закончил Сыктывкарский университет и Ленинградский инженерно-экономический институт. Проживает в Москве. Автор десятков статей на социально-экономические и естественнонаучные темы. Публицист.

автор Александр Игнатов

Место рождения: Коми АССР, Усть-Куломский район, дер. Выльгорт. Закончил Сыктывкарский университет и Ленинградский инженерно-экономический институт. Проживает в Москве. Автор десятков статей на социально-экономические и естественнонаучные темы. Публицист.

фото Данила Поздеева

обложка мартовского 2020 номера журнала "Уральский следопыт"
обложка мартовского 2020 номера журнала “Уральский следопыт”