Вот уже и июль на дворе, как говорят в народе — «макушка лета». Быстро уж как-то подкралась эта «макушка». Незаметно пролетело предлетье, как всегда — капризное. Единственное, что мне нравится в это время, вечером в саду слушаешь совместный концерт соловьев в цветущей черемухе и лягушек на болоте.

…Весна и начало лета тогда были ветреными. Природа преподносила сюрпризы. И раньше случались засухи и сильные морозы, но до 70-х годов климат держался стабильный: если лето – то теплое, если зима – то с морозами, буранами, да такими, что снегом занесет – дверь не открыть!

Тюбук, смерч
Тюбук, смерч

О некоторых из таких природных сюрпризов я хочу рассказать. Было это в конце июля 1971 года. Выйдя в огород, я заметил, что со стороны Иткуля надвигается большая туча , а от нее отходит «отросток», напоминающий опустившийся хвост. К тому времени мною было прочитано много книг о стихиях. Мне стало понятно, что это за «хвост».

Через час из Снежинска в Воздвиженку приехала тетя Нина Пантелеева и рассказала об увиденном. Ожидая автобус на бульваре Циолковского (здесь раньше производилась посадка на воздвиженский и иткульский рейс), люди услышали сильный шум, идущий с озера, но из-за деревьев ничего не было видно. Через несколько секунд шум резко усилился. И прямо на глазах у оторопевших людей у мыса Петушок стало твориться невообразимое: налетевший вихрь начал поднимать воду, раскручивая и разбрызгивая ее. Затем водяной столб поднялся и помчался куда-то вправо.

Как выяснилось впоследствии, набранную воду смерч выплеснул у мыса Скопин и пошел на село Воскресенское, где задел несколько тополей. А вот в Тюбуке он спустился ниже и проявил себя в полную силу: у трети села сорвал крыши, шутя переставил стоящий трактор, сбил насмерть мужчину, ремонтировавшего крышу, вынес отдыхающего на диване мужчину из дома, прошел по сосновому бору в ширину около ста метров и на высоте двух метров, как бритвой, срезал верхнюю часть толстых деревьев. А уже на повороте с Челябинского тракта на Касли повалил на большом радиусе березняк и взял направление на Багаряк, где тоже «отметился».

В тот же день смерчи наблюдались в Пласте и Троицке.

Здесь зарождаются смерчи
Здесь зарождаются смерчи

Еще был случай , который произошел в 1966 году. Начало лета было очень прохладным, и мы, пацаны, будучи экстремалами, открывающими купальный сезон на Синаре аж до 9 мая, в это лето не рисковали окунуться в синарскую воду, а ездили на велосипедах на Извястку, где в бывших мраморных карьерах вода была более прогретой.

Это произошло 8 июня. После полудня резко похолодало, не спасал даже костер. Пошел дождь , перешедший в снег. Оседлав велосипеды, мы ринулись по домам. А с 8 на 9 июня случилась беда, всколыхнувшая не только Воздвиженку.

Два брата Анцыгины, 9 и 11 лет, остались там, у карьеров, чтобы переждать стихию. Но снег не кончался, а только усиливался. Близилась ночь. Ребята, потеряв ориентир, пошли не в ту сторону. На следующий день все взрослое население и старшие школьники (у них даже отложили выпускные экзамены) организовали поиски . Дня через три подняли солдат из в/ч 3468 Снежинска, откликнулись и снежинцы – колонны автобусов шли в Воздвиженку. Искали несколько дней, но безрезультатно. Родители не находили себе места, ездили по гадалкам – думали, что детей забрали сектанты, что они живы…

Нашли мальчиков охотники осенью в двенадцати километрах на шумихинских торфяниках. Сперва увидели блеснувший руль велосипеда, а подойдя, и останки мальчишек, лежавшие рядышком. Даже дикий зверь не тронул, не растаскал. А сломанная веточка над ними, эта немая свидетельница той холодной ночи, словно что-то хотела рассказать о чем-то страшном по прошествии полутора лет…

После этого мне трудно возвращаться к прекрасной теме о лете. Но жизнь есть жизнь, все в ней чередуется – и горе, и радость, как времена года в природе. Самое прекрасное для меня – рыбалка , как с берега, так и с лодки. Рано утром, когда солнышко еще только думает встать, выходишь на берег, поминутно зевая. Все озеро в молочном тумане, и где-то за туманом уже скрипят уключины. От воды тянет приятным теплом, берег пахнет просмоленными лодками и остатками вареных раков, оставленными кем-то на берегу. Деревня еще в дреме, не слышно птиц. Только с озера видно, как прекрасно пробуждение и начало дня!

Купание летом.
Купание летом.

Хочу рассказать об интересном случае. Как-то с другом рыбачили на озере Синара в Иткульской курье. Набежала тучка, загремело, и мы, выплыв на берег, перевернули лодку и скрылись под ней от дождя. Несколько раз над нами шарахнул гром, и дождь быстро прекратился. Вновь поставив лодку на воду, мы выплыли за камыши. Каково же было наше удивление, когда увидели, что на поверхности плавали оглушенные громом подлещики, приплывшие поплескаться на мелководье!

Лето – это еще и пахучее разнотравье. Когда видите ковер из незабудок или ромашковый остров – обойдите, грешно топтать живое. Когда же травы отблагоухают и кинут семена, начинается сенокосная страда. Заходишь с косой на поляну, и кажется, что она вся движется: цветы летают! На самом деле это не цветы, а бабочки – махаоны, адмиралы, аполлоны, желтушки луговые, голубянки – они создают сказочный вид.

Многие травы целебны, их сбор идет в разное время: сперва майская полынь, потом чабрец (он же богородская трава или тимьян ползучий), потом таволга, а позднее – зверобой, душица и так далее.

А на болотах растет интересная, редкая росянка. Это – трава-хищник, она питается насекомыми, которые соблазняются ее капельками, похожими на росу, а росы-то нет.

В середине лета, бывало, пойдем с бабушкой в лес заготавливать веники для бани: я впереди толкаю тачку, она сзади идет не спеша. Подойдет к березе, возьмется за листочек и тянет на себя: если листочек не отрывается, то время пришло. Сидя наверху, обрезаешь ветки, скидывая их вниз, где под деревом, в тенечке, расположилась бабушка. Она сортировала – что на веник, что на метлу, что на голик. Заготавливали по пятьдесят «дружков»!

И вот наступает ягодный сезон. Земляника, черника, брусника, клюква. С ягодами у меня связаны тяжелые воспоминания. Пойдешь по чернику с ведром, собираешь и все поглядываешь: когда же дно закроется? А оно все не закрывается, ведра кажутся глубокими и бездонными. Даже во сне снилась потом эта черника, и я просыпался в холодном поту: вот что значит сбор ягод.

Затопленный карьер.
Затопленный карьер.

Первый признак, что черника поспела – цветение пижмы. На черничную поляну заходишь с краю. Сперва в наклон, потом на коленях, а после и лежа ползешь по спирали к центру, – не зря чернику называют «ползуниха». Бывало, в такой азарт входишь, что не замечаешь даже, что ведро уже наполнилось. А еще с черникой связана одна нехорошая закономерность: когда держишь путь домой с полным ведром, то почему-то ягод попадается больше, и они крупнее.

Когда утром собираешься по ягоды, а за окном дождик, я не пугался, зная примету – ранний гость – до обеда. А после дождя или росы лес украшается паутиной, которая становится видимой от повисших на ней капелек-бусинок.

Незабудки на лугу
Незабудки на лугу

Хорошо помнится мне один случай, хотя произошел он давно, в 1963 году, когда мне было 13 лет. Пошли мы за черникой. Из Воздвиженки, через Чернавское болото, вышли к речке Исток. Расположились на кострище у большого стога сена, сложенного местным жителем так, что под ним можно переночевать. Поужинав, попив чайку со сгущенкой, легли под стог. Я не мог долго заснуть: было душно и шуршали мыши, а мне казалось, что змеи.

Ну вот, наконец, сон сморил. Уже сквозь дрему услыхал какое-то сопение, топот и громыхание консервных банок. Но я поглубже зарылся в сено и уснул. Утром меня разбудили мать с сестрой. Подойдя к костру, на золе я увидел очень большие отпечатки лап, оставленные медведем, разбросанные консервные банки. А банка из-под сгущенки оказалась смятой и находилась у речки метрах в десяти. После этого чернику я собирал, постоянно оглядываясь.

Червонец огненный
Червонец огненный

Лето для меня – это ушедшие в прошлое сабантуи; это последний звонок, когда школьницы в белых фартучках, словно из моей юности; это и выпускные балы, когда принцы и принцессы танцуют на площади в таких шикарных нарядах, что можно прямо с площади – в ЗАГС. Про лето можно многое еще рассказать, ведь большую часть времени проводишь на природе и в труде. Собирая на Воскресенской горе духмяную клубнику, устав, сбежишь с горы и купаешься в освежающих водах нашей Синары. А зимой, попивая чай с ароматным вареньем, смотришь за окном на снегирей и с сожалением вспоминаешь еще об одном ушедшем лете.

Махаон
Махаон

 

Оригинал статьи размещен в августовском номере журнала Уральский следопыт за 2020 год здесь http://www.uralstalker.com/uarch/2020/2020/08/14

автор Евгений Студенников

Родился в с. Воздвиженка Каслинского района. Учился на токаря в Каслях, работал там на машзаводе, выпуская гранатомёеты для Вьетнама, потом — на предприятии Челябинска-70 (г. Снежинск). С молодости увлёкся историей родных мест. Слушал и записывал рассказы старожилов, в том числе бабушки Е. М. Васильевой, пожившей ещё «при помещике». Собирает предметы быта, фольклорный материал, старые фотографии, изделия домашних промыслов. В городской газете «Вестник» открыл и вёл рубрику «Истоки». Сотрудничает в «Южноуральской панораме», «Каслинском альманахе» и снежинском «Свете памяти», местных газетах. Живёт в Снежинске.
фото автора 
Обложка августовского 2020 года номера журнала "Уральский следопыт"
Обложка августовского 2020 года номера журнала “Уральский следопыт”

 Подписывайтесь на материалы, подготовленные уральскими следопытами. Жмите “ 👍 ” и делитесь ссылкой с друзьями в соцсетях