Наверное, каждый второй смотревший хотя бы один из фильмов саги «Пираты Карибского моря» задумывался о романтике сражения с первобытной морской стихией и приключениях под парусами. Казалось бы, на Урале, среди гор и холмов, негде разгуляться под парусом. Но… в нашем родном регионе парусный спорт достаточно неплохо развит.

Искусство управления парусом

Городской пруд Екатеринбурга, Верх-Исетское водохранилище и озеро Таватуй – вот самые главные места, где занимаются яхтсмены нашего города. В августе 2019 года даже прошло первенство мира среди юниоров по этому великолепному спорту. В нём приняли участие экипажи из Австралии, США, Чехии, Швеции, Великобритании, Дании, Франции, Польши, Италии, Новой Зеландии, Японии и России.

Для меня парусный спорт – особый вид искусства. Влюбилась я в этот прекрасный спорт благодаря флотилии «Каравелла». Это, кстати говоря, первая организация в нашем городе, где с 1961 года детей начали обучать искусству управления парусом. Основатель – знаменитый детский писатель и журналист Владислав Петрович Крапивин, он сам создал совершенно новый класс маломерных парусных судов под названием «Штурман».

Основной состав флотилии – три эскадры, по цветам российского триколора: белая, синяя и красная. Во главе каждой из эскадр стоит двухмачтовая яхта: глава белой эскадры – «Джим», «Гек Финн» – кеч командира синей эскадры, а «Гаврош» – командир красной эскадры.

Одним целым

«Гек Финн», в чьей экипаж я была распределена, вживую я впервые увидела в конце апреля. Выглядел «Гек» очень грустно – обшарпанный, с облезшей синей краской, он лежал вверх днищем на грязном снегу. С тех пор минимум трижды в неделю мы собирались на нашей водноспортивной базе и делали из нашей яхты конфетку: шкурили, делая корпус идеально гладким, чтобы в будущем сопротивление с водой были минимальным, шпатлевали, снова шкурили и красили. За этот месяц ремонтных работ мы вшестером вложили в нашу яхточку по частичке души, сжились с ней, стали одним целым. А когда её наконец-то перевернули, поставили все мачты и закрепили их нужными снастями, то поняли, насколько преобразился «Гек» за этот месяц.

31 мая мы спустили три прекрасных двухмачтовика на воду, а 4 июня мы впервые за пятидесятую, юбилейную, навигацию вышли на воду. Мой первый раз на воде. Многие новички в этом деле очень сильно боятся первого выхода. В тот знаменательный день погода не радовала: пасмурно, холодный ветер… Но у меня не было страха, внутри всё трепетало от предвкушения ощущения свободы и полёта. И вот, берёшь в руки шкот, натягиваешь его, чтобы настроить парус под ветер, и летишь. Те, кто думает, что в парусном спорте всё так же просто, как, например, в вождении – глубоко заблуждаются. Просто рулить – недостаточно. Каждый из четырёх парусов требует тончайшей настройки и тщательного внимания, а учитывая то, что количество парусов на «Гек Финне» вдвое больше, чем на обычном «Штурмане», то работа экипажа должна быть достаточно слаженной.

Заплатили кровью

В наш самый первый выход мы шли со спущенными парусами на гребках от понтона в лагуну, где всегда швартуются двухмачтовики. Так как в лагуне уровень воды слишком маленький, то двухмачтовым яхтам приходится сложно. Ведь шверт, выдвижной металлический плавник, препятствующий сносу судна под ветер, который устанавливается в швертовом колодце, откуда и опускается вниз, в воду, задевает дно лагуны и не даёт яхте идти дальше. Но момент его поднятия нужно точно высчитывать, так как без него яхту может снести течением на камни, находящиеся по обе стороны от входа в лагуну. И вот, настаёт тот момент, когда нам нужно поднять эту вредную часть яхты. Обычно с этим может справиться и слабая девочка, ведь он достаётся с помощью системы блоков.

Но мы опоздали, шверт зацепился за песчаное дно Верх-Исетского пруда, сошёл с оси колодца, зацепившись об одну из его стенок, и его стало невозможно поднять с помощью этой самой специальной системы. Тогда самый сильный член нашего экипажа, откинув уже ненужные верёвки в сторону, взялся за крепления и стал поднимать двадцатикилограммовый металлический пласт вручную. В это время яхту начало сносить на камни и мы чуть не столкнулись с двумя другими яхтами. В последний момент мы и ребята, находившиеся рядом с яхтами на причале, смогли предотвратить опасное столкновение. В это время мальчики полностью достали шверт из колодца и положили его в кокпит, заплатив в прямом смысле кровью – один из ребят рассёк руку острым краем подводного железного плавника.

Проверка на прочность

12 июня, в День России, флотилия каждый год участвует во Всероссийской регате «Паруса России». Это первая проверка на прочность экипажей, ведь с начала практики прошло буквально три ходовых дня, которые экипажи потратили на обучение неопытных матросов. В тот день погода была не самой солнечной – сильный холодный ветер, моросящий дождь, тучи на горизонте…

Быстро вооружаем яхты, переодеваемся в тёплую и водонепроницаемую одежду и отходим от пирсов на гонку. Волны бились о борт, опасно раскачивая маленькую, по сравнению с бушующей стихией, яхточку, ветер давил на паруса, норовя кильнуть, ну или перевернуть судно. Экипаж, шестеро ребят, был, казалось, один на один даже не с Верх-Исетским прудом, а с настоящим бурным кипящим океаном. Шкоты вырывало из рук, паруса наполнялись ветром, а яхта неслась вперёд по дистанции гонки. И было страшно. Очень. Страх кильнуться пронизывал насквозь, холод пробирал до костей, оказаться в ледяной бурлящей воде не хотелось, волны с каждым ударом о борт обливали всё больше и больше, а чересчур сильный крен заставлял коленки дрожать. На подветренном борту яхты, то есть том, на который идёт больший крен при воздействии ветра на судно, не было никого. Я сидела в кокпите в боковом выпаде то на одну, то на другую ногу, упираясь ступнями в борта и перенося вес тела с одной стороны на другую, стараясь добиться такого положения яхты относительно плоскости воды, чтобы та полетела.

Предгоночные заходы уже прошли. У нас с нашим соперником «Джимом» поровну побед. Этот заход – финальный. Именно от него зависит то, какое же место мы займём: первое или второе. И вот, мы идём первыми – финиш уже близко, как судьи с моторной лодки замечают, что мы забыли обогнуть последний буй. Весь экипаж сквозь зубы ругается на рулевого, последний не понимает, как допустил такую фатальную ошибку, и крутится (поворачивает) к бую. В решающей гонке мы приходим последними, а «Джим» в общем зачёте выигрывает нас буквально на несколько баллов. Командир ещё долго потом извинялся перед нами за такую оплошность.

Страшно не за себя, а за любимую яхту

Каждый год ближе к концу практики проходит самое долгожданное событие – родительский день. Тогда на базу приезжают родители ребят из основного состава, выпускники, друзья и гости отряда. Всё началось с показательного выхода яхт другом за другом. Как всегда, в важные на базе события погода была прекрасной: мокрый холодный ветер, чёрные тучи на горизонте, штормовые волны с барашками. Только мы выстроились в строй, как слышим команду: «Все на берег!». Сильная волна захлестнула через нос яхты и «Фламинго» перевернулся через нос, подпрыгнув на волне.

После – выходы с гостями. Каждый мог прокатиться на яхте и прочувствовать на своей шкуре борьбу с первобытной морской стихией. Некоторые гости были в полном восторге и с удовольствием управляли парусом, кренили и откренивали, сидя на палубе яхты, иногда даже вывешивались за борт. Такие много расспрашивали нас о яхтинге и старались максимально быстро обучиться и помочь экипажу. Но были и те, кто очень боялся воды, крена, сильного ветра и поэтому всё время сидел в кокпите, сжавшись в позу эмбриона и дрожа от страха. Пока мы гуляли по небольшой дистанции, кильнулось ещё две яхты. Экипаж яхты «Пионер» не справился с поворотом, а «Альбатрос» лёг из-за сильного шквала.

Но то, что случилось дальше, не мог ожидать никто. На пятую или шестую ходку наш экипаж вновь вышел вместе с гостями на воду. Во время сильного шквала наш рулевой начал крутить поворот, пошёл сильный крен, мы с другими матросами прыгаем на наветренный борт и выносим вес наших тел за борт. Но перекрен был слишком сильным и «Гек Финн» лёг. Следующий момент: я в воде, где-то рядом в воде парус. Я не могла понять, как я оказалась под мачтой. Выплываю и пытаюсь сориентироваться и понять, что вообще делать. Гости находились в полнейшем шоке и держались за яхту. Не знаю, как экипажу, но мне было страшно не за себя, а за любимую яхту…

Смотрю на саму яхту: рулевой сидел на днище, держась за шверт и пытаясь поставить яхту. «Нас точно кто-то заметил, спасатели на моторке уже идут к нам», – крутилась в голове мысль. Кеды и спортивные штаны тянули вниз, а жилет, наоборот, выталкивал из воды. Но вот мы увидели, как с двух сторон к нам подходят моторные лодки. К одной из них говорят плыть матросам, а инструкторы со второй начали попытки спасти «Гека». Плыть было очень сложно – казалось, что моторную лодку сносит от тебя всё дальше и дальше. Может быть, мне очень хотелось жить, но в судно спасателей я залезла первой. Ну, вернее, затащили инструктора. Первое время я сидела на полу лодки и дышала. Сил не было ни на что. И вот мы видим, как наш рулевой зацепляет трос с моторки, залазит в лодку… Моторная лодка тянет яхту и она с первого раза встаёт на ровный киль! Ура! Моторные лодки отправились к берегу, «Гек Финн» шёл на буксире за одной из них.

Парусный спорт – настоящее лекарство для души. Однажды выйдя на воду, даже в самую ужасную погоду, ты хочешь садиться на палубу ещё и ещё и снова и снова брать в руки шкоты и лететь вперёд – навстречу неизвестности и приключениям.

Оригинал статьи размещен в майском номере журнала Уральский следопыт за 2020 год здесь http://www.uralstalker.com/uarch/us/2020/05/44

Автор Анастасия Мещерякова

Фотограф, юнкор и воспитанник «Каравеллы», волонтёр, автопутешественник. К 17 годам исколесила на внедорожнике весь Средний Урал.
Фотограф, юнкор и воспитанник «Каравеллы», волонтёр, автопутешественник. К 17 годам исколесила на внедорожнике весь Средний Урал.

фото: Денис Неугодников, Алексей Васенин

Обложка майского 2020 года номера журнала "Уральский следопыт"
Обложка майского 2020 года номера журнала “Уральский следопыт”