Амазонит – минерал из группы силикатов. Разновидность микроклина, имеет зеленый цвет. Окраска связана с присутствием в кристаллической решетке минерала химических элементов свинца и рубидия. Твердость 6 по шкале Мооса. Спайность совершенная. Блекс – стеклянный. Минерал гранитных пегматитов.

Амазонит – камень, известный человечеству с глубокой древности. Он фигурирует в виде артефактов древнейшей истории. Особенно в Египте и Южной Америке, где ему нашлось место в изделиях мастеров и в легендах, выступая символом жизни и молодости, вобравшим своим цветом зелень. Впоследствии минерал этот получил красивое название – амазонский камень.

«В сердце мумии следует класть амулет из зеленых камней в виде скарабея» – гласит древняя надпись в египетской пирамиде. Ранее историки сосредотачивали свое внимание на изучении роли скарабея как священного животного. Но все дело оказалось в цвете материала, а не в форме амулета. Исследуя мумию древнеегипетского мальчика, который жил 4,7 тыс. лет назад, в пеленаниях мумии была обнаружена кожаная сумка, а в ней два зеленых камня. Ранее археологи находили в таких захоронениях маленькие каменные фигурки – ребенка или животного – или просто обработанные под гальку кусочки зеленого минерала. Заботливые родители положили к телу умершего мальчика зеленый камень – амазонит. «Зеленая магия» должна была охранять мальчика в загробном мире. А при жизни подростков украшали зеленой косметикой, изготовленной из перетертого малахита, как бы предохраняя тем самым от несчастий».

Зеленый цвет означал в Древнем Египте физическое благополучие и процветание, символизировал молодую растительность. Поэтому часто в древних документах и фресках мальчики изображались с подведенными зеленой краской глазами. Скорее всего, амазонит, хризоколла, малахит были именно такими детскими камнями.

В музее искусств им. А.С. Пушкина в Москве хранится древнеегипетская статуэтка головы фараона Сменхкара, жившего в XIV веке до н. э. На каменном изображении видны характерные штрихи египетской персоны довольно юного возраста. Подведенные брови, выразительные глаза и губы скульптуры показывают важную роль этой работы не только как портрета, но и оберега для царствующего молодого человека. Амазонит для статуэтки выбран автором преднамеренно, как бы подчеркивая божественное проявление молодости и красоты фараона.

05_2018_амазонит

По всей вероятности, египтяне верили, что цвет сам по себе является источником священной энергии, которую можно направить на созидание. Цвет воспринимался как составная часть мира и бытия. Красный был символом жизни и победы, белый – чистоты и всевластия, черный – ночи и смерти, голубой – жизни и перерождения, желтый – вечных и неразрушимых начал, таких как солнце и золото. Первые каменные амулеты известны человечеству уже 6,5 тысячелетий.

Являясь разновидностью полевых шпатов, а именно микроклина, амазонит, или амазонский камень, занял в свое время достойное место среди любимых цветных камней зеленого цвета. Количество камня и его запасы, цвет, ласкающий глаз, легкость обработки

и дешевизна не позволили вытеснить его с рынка камня долгое время. Но внимание к амазониту все же периодически менялось. Как меняется мода на цвет и прочие достоинства природного чуда.

В России амазонский камень впервые «явился» на свет на Южном Урале, в Ильменских горах. Здесь в конце XVIII века были открыты десятки пегматитовых жил с амазонитом, где содержался этот камень в больших количествах и довольно крупными блоками. И самое главное – он обладал интенсивной зеленой окраской разных оттенков. Об открытом в 1783 году Германом новом камне России отмечается в истории: «…он отливал на солнце, а цвет его был так прекрасен, что тут же было приказано добыть амазонит для Екатеринбургской гранильной фабрики и из лучших сортов вытачивать вазы».

Несколько позднее амазонит был открыт в самоцветных копях Забайкалья, Южной Сибири, в Кейвах на Кольском полуострове – горы Плоская и Парусная, где минерал слагает мощные жилы прекрасного поделочного камня.

При кажущемся однообразии всегда зеленого цвета амазонит различается яркими или чуть заметными нюансами оттенков и нацветов – камень бывает интенсивно-зеленого цвета, зеленовато-бирюзового, голубоватых оттенков. Правда, редкий художник, кроме самой природы, сможет передать на своем холсте – камне – тайны игры цвета.

Встреча с амазонитом в природе для человека не остается бесследной. Увиденное зрелище не просто изумляет даже посвященного, но и становится порой стартом новых увлечений и познаний. С поднятого с земли куска ярко-зеленого камня начинается коллекция или даже путь в науку под названием минералогия.

Сухая и солнечная погода скрывает этот камень, он становится белесым и сероватым, а цвет – тусклым и невыразительным. А придешь на амазонитовую копь в непогоду – тут-то и ждет тебя фантастическое созерцание. Пасмурная и сырая погода – его день! Камень расцветает и тянется к путнику! Каждый камешек в карман, с собой! Потом разберемся, вечерком, в тепле-сухе, дома.

05_2018_амазонит

Амазонит в Ильменских горах является породообразующим минералом для 66 пегматитовых жил с топазом, бериллом и фенакитом. Амазонитовые копи удачно сочетают в себе запасы цветного поделочного камня и драгоценные – редкие и дорогие минералы – гелиодор, аквамарин, топаз, фенакит. Последние и были причиной как открытия, так и разработок пегматитовых жил. При этом амазонит почти весь «уходил» в отвал…

«В двух верстах далее к северу находится другая каменоломня зеленого полевого шпата, который есть род письменного гранита, или так называемого еврейского камня, и образует, как в первой каменоломне, жилу в гнейсе. В середине сей жилы находятся весьма большие кристаллы зеленого полевого шпата, кои однако ж редко выламываются совершенными, потому что они срослись частию с кварцем, частию с альбитом», – замечает в своих полевых дневниках исследователь ильменских минералов И. Менге в 1824 году.

Несколько позднее в Ильменских горах стали постоянными добычи амазонита. Например, уже в 1831-1832 годах по приказу графа Л.А. Перовского была снаряжена экспедиция. Для фабрики Петергофа на одной из копей (копь № 64, оказавшаяся ныне под железнодорожным полотном) было добыто 25 пудов «лучшего синего шпата». По распоряжению Екатеринбургской гранильной фабрики амазонит отбирался из старых отвалов и даже специально разведывались и отрабатывались жилы, его содержащие.

Копь № 54. Топазовая копь Стрижева. Минералы – берилл, топаз, гранат в амазонитовом пегматите. Здесь встречен лучший амазонитовый письменный гранит – «ситцевый». Топазы попадались совершенно прозрачные, хорошо окристаллизованные, до 75 граммов весом.

Копь № 55. Аквамариновая копь Стрижева. В амазонитовом пегматите встречались аквамарины весом до двух килограммов, топаз-сырец.

Копь № 59. Топазо-фенакитовая копь Гасберга. Топаз (чистые небольшие кристаллы) в гнездах амазонитового пегматита, много аквамаринов. В восточной части жилы встречается фенакит.

Копь № 63. Копь гельвина и монацита. Здесь в амазонитовом пегматите встречен самый крупный гельвин размером около 25 см.

Копь № 64. Копь колумбита (под железной дорогой). Добывался зеленовато-голубой и бирюзовый амазонит для Екатеринбургской гранильной фабрики. Это единственная копь такого амазонита.

Копь № 71. Кочевская. Здесь «штейгер Миасского завода Антон Кочев открыл топазы на своем покосе в 1824 году…».

На Лобачевской копи № 85: «…амазонский камень достигал более ¼ аршина и, собственно, с этим кристаллы топаза доходили до фунта весом».

На копи № 82 «величина кусков амазонского камня доходила до ½ аршина… (0,35 м)».

В 1937 году из отвалов Прутовской копи было добыто пять тонн прекрасного поделочного амазонита, который использовался для камнерезных работ в период подготовки к всемирному геологическому конгрессу и всемирной выставке во Франции. С тех пор амазонит Ильменских гор больше не добывался и попадал в коллекции лишь из отвалов или случайных находок. А как поделочный камень был быстро вытеснен амазонитом Кольского полуострова, где встречался в большем количестве и лучшего качества.

Ильменские горщики знали толк в горном деле и, естественно, наблюдая недра, имели свои выводы и по поводу встречающегося в жилах амазонита. Уж если амазонит в жиле приобрел насыщенный и яркий цвет – жди гнезда с камнями (драгоценными, естественно!). Частично такие наблюдения давали положительный результат. Так как, во-первых, амазонит занимает в пегматитовых жилах центральную, обычно блоковую, зону. Во-вторых, здесь и таились «занорыши» с драгоценными камнями, и здесь все процессы

05_2018_амазонит

минералообразования по поводу самого амазонита были самыми «амазонитовыми». Приходилось наблюдать в некоторых жилах и противоречивый факт. Когда насыщенные цветом зеленые кристаллы, слагающие крупные выделения с черным кварцем, не приводили к гнезду-пустотке с заветными топазиками… Как-то в данном случае дедовский закон не «сработал».

Страницы дневника исследователя-минералога:

«Копь № 329 – это сильно заросшая старая канава длиной около пяти метров. Она расположена на восточном склоне Ильменского хребта, ближе к северной части заповедника. Осматривая ее отвалы, мы очень удивились, обнаружив кусочки бледного амазонита. В стенках, под осыпью, были видны выходы гнейса и пегматитовая жила, мощность которой была около двух метров. Скоро, разрабатывая такую мощную жилу, мы увидели амазонит и в коренном залегании – в грубозернистом и графическом пегматите, блоковой зоне, а также фрагменты кристаллов в небольших миаролах-пустотках. Чуть выше по жиле присутствовал альбит. Блоки письменного амазонитового пегматита достигали площади 0,7х0,2 метра! Интересно, что цвет амазонита резко отличается по интенсивности окраски и оттенку. В графическом пегматите амазонит бирюзовый, голубовато-зеленый. В зернистом агрегате – яблочно-зеленый, в блоковой кристаллы темно-зеленые и ярко-зеленые. Вся центральная часть пегматита состояла из крупных кристаллов амазонита, которые только немного оставили место для темно-дымчатого черноватого кварца. Амазониты имели размеры до 20 см, грани были ровные и образовывали порой законченные красивые кристаллы. Мы снова и снова осматривали и вырабатывали жилу и вглубь, и по простиранию. Эффект тот же – яркие крупные блоки-кристаллы амазонита, достигая размеров в 20-25 см, переплетались со смоляным кварцем, почти морионом, но гнездо так и не «раскрылось»… Казалось, вот-вот будет гнездо, и уж точно с «камнями». Но все так же, бесследно, с глубиной эти признаки «рассасывались», бледнел цвет амазонита и выходили наши усилия на «нет». Что уж тут скажешь – не повезло, не фартило».

У человека короткая и непостоянная любовь с амазонитом. Его место постоянно занимал камень другого цвета. То появлялись конкуренты зеленого цвета, такие как малахит Гумешек и Нейво-Рудянки с непревзойденным рисунком и фантастическими запасами или драгоценный изумруд, случайно открытый Матвеем Кожевниковым под корнями упавшего дерева, отодвигая тем самым на второй-третий план камень племени амазонок. То сам амазонит «исчезал» с глаз горщика и камнереза из-за прихотей самой природы. Уральские недра любят подшутить своим непостоянством!

Но все же, как и полагается уральскому мастеровому люду, камешек зеленого цвета из Ильменских гор не забывался. То мастер вставит его в мозаичном панно или столешницу, то выточит вазу-амфору самому полюбоваться на камень, да и другим открыть глаза на этот дар природы. А еще тут как-то попадал «ситцевый» амазонит – мелкозернистый пегматит с белым альбитом, желтым и зеленым (амазонит) микроклином. Из него мастера научились делать прекрасные вставки в стиле крупных кабошенов, с картинами листопада ранней осени.

Амазонит долго не приживался в камнерезном деле по причине отсутствия крупноблочного качественного сырья. А в ювелирном деле часто вытеснялся более дорогими соперниками. Ведь Россия – страна зеленого камня. А легенда о том, что одна из копей Ильмен была заложена в цельном кристалле амазонита (имеется в виду копь № 77, Голигузовская), она и есть легенда, сказка-мечта горщиков.

05_2018_амазонит

При изучении отвалов Прутовской копи в Ильменских горах нам часто попадались яркие обломки амазонита. Камень обладает настоящим зеленым цветом. В определенных слоях отвала его было больше, чем другой породы. Следовательно, отрабатывалась главная топазовая часть жилы. Но странно, что топаз был здесь редкостью! То ли его было совсем мало, то ли его так чисто выбирали горщики – в отвал он не попадал. А не амазонит ли здесь добывался в более поздние времена, после прутовских топазов, задались вопросом исследователи. Да и сам Прутов как мог пропустить ярко-зеленый камень, не отметив сей факт, в период пристальных поисков таких ископаемых на Урале?

Там, при разборке отвалов копи (№ 74) мне попал прекрасный штуф амазонитовых кристаллов! Как его «пробросили» предки-горщики в отвал, остается загадкой. Ведь камень просто притягивает взгляд! Несколько правильных кристаллов яркой бирюзово-зеленоватой окраски собраны кучкой на основании-зальбанде жилы, меж них остались вкрапленники дымчатого кварца – все красиво сложено самой природой! От моего образца получили яркое эстетическое наслаждение все его видевшие, а я предвкушал возможность постоянного любования им в своей минералогической коллекции. Но этот красивый штуф удивил и работников Ильменского заповедника, которые стали в один голос выпрашивать находку для музея. Мои предположения, что «уж в Ильменском музее образцами амазонита никого не удивишь», не подтвердились. Не было там подобной минералогической красоты. И образец я подарил музею! От всей души!

Автор Сергей Колисниченко 

Сергей Колисниченко

Географ, педагог, минералог-любитель, автор замечательных книг-альбомов о минералах и поделочных камнях Южного Урала. Много лет руководит кружком юных геологов в Челябинске.

фото Евгения Тамплона