версия в журнале

Старый седовласый гном озадаченно огладил бороду. Борода была роскошная, серебристая. Она легонько искрилась в свете магических кристаллов.
— Вы поймали вот это? — ещё раз обратился он к начальнику стражи.
— Ага, — несколько подавленно кивнул тот.
Гном повертел в руках инкрустированный самоцветами кубок и осторожно поставил его на стол, словно он был стеклянный.
— Если помните, — хмыкнул он, медленно подбирая слова, — изначально мы предполагали, что это будет какое-то мелкое животное, ну, вроде ласки или хорька…— Ага, — безропотно согласился рослый растерянный гном.— …, которое ворует припасы. Поварята пожаловались из Западного Штрека. И в Медной Штольне видали чего-то.— Ну да. — Ну вот. Зверёк. Так вы утверждаете, что оно — это?!
Сидящая на грязном натоптанном полу хрупкая миловидная девушка с любопытством заглянула гному в глаза. Ко всему прочему, она была полностью обнажена. Роскошные золотистые волосы свалялись в колтун, мордашка была перепачкана в чём-то вроде сажи.
Начальник стражи вздохнул.
— Это.
Рорин почесал кончик носа, явно борясь с желанием придушить немногословного подчинённого. Выдержкой в роду Дубового Щита никогда не отличались.
— Ну и что же это такое, потрудитесь объяснить?
Рослый гном неуверенно замялся, переступая с ноги на ногу.
— Ну, так, это… — прогудел он. — Дикая эльфка. Мы так кумекаем.
Рорин поднял на него широко распахнутые глаза. Фалин отметил, что они были, как минимум, по полновесному арнорскому золотому каждый.
— Дикая эльфка?!

версия в журнале

— Ага… ну заблудилась по малолетству в подземельях, стало быть, тут и выросла. Поначалу, видимо, в детских тряпках ходила, а потом они того… лопнули-то, вот и стала такая… как в первый день Творения. Питалась рыбкой, значицца, она ж водится у нас в озере-то, у посыльных и кузнецов подворовывала… Ребята-то то из Пятой выделки давно сказывали, что завелась у них какая-то страсть. Мелкая и шустрая. Тока отвернёшься — обеда как не бывало. Ловкая, зараза! А поймали-то мы её случайно — она на запах супа вышла. Знатный супец получился, наваристый…
Рорин молча осел в роскошном старинном кресле, стоящем в кабинете ещё со времён Гворлима.
— Это вы лет за двадцать её уловить не могли?!
Он сглотнул, указал на девицу. Она опустилась на четвереньки и с любопытством обнюхивала пол. Потом полезла под стол. Фалин потянул за ремешок, который был прикреплён к ошейнику на шее эльфки, и вытянул её обратно. Она плюхнулась на попку и стала весело вертеть очаровательной головкой с заострёнными ушками.
Под слоем грязи и копоти просматривались вполне приятные, оформленные холмики груди с торчащими розовыми сосочками. Эльфка попробовала ножку стула на крепость. Жемчужные зубки оказались прочнее.
— Да оттащите её уже, — поморщился Рорин. — Всю мебель мне попортит… это дитя лесов невоспитанное. Так как вы её на протяжении стольких годов не углядели?!
— Так она, видимо, обреталась в Заброшенных Штольнях, после того, как оттуда ушло колено Трора, — услужливо пророкотал Гили, неловко топчась за спиной своего непосредственного начальника. — Там рыбки много, а при случае можно и гоблином перекусить…
Эльфийка показала острые зубки. Гном вздрогнул.
— Опять же подземные монстры всякие там… такие, хрящеватые… те, что выгнали отряд Трора. Ну, как она их доела, монстрей-то, там и к нам перебралась…
Рорин посмотрел на зубастую и грудастую неожиданность.
— Монстров, говоришь, съела? — совсем другим тоном протянул он. Гили пожал богатырскими плечами.
— Ну, куда-то же они подевались. Монстры-та. Давно уже, ребята говорят, в Алых шахтах слизкомордов не видывали.
Рорин смял золотой кубок в руке.
— Ну и что мне с ней делать?! — взревел он. — На какого беса вы мне притащили эту напасть?! Выпустили бы её в лес, и всего делов! Съела монстров — и хорошо, накормите её и в путь!
Гномы неуверенно переглянулись.
— Дак это… — прогудел тот, что помоложе. — Не идёть.
— Как это — «не идёть»? — опешил цеховой.
— Не идёть и всё. Привыкла к пещеркам-то, — ласково посмотрел на неё чернорабочий. — Тута тёпленько, сухо, еда всегда под рукой. А что тама? — он махнул рукой, обозначая пугающие ужасы надземного мира. — Волки, медведи, орки, того и гляди, сожруть! И солнышко-то, солнышко, она как токмо завидит его, так и шасть — обратно в пещеры! Наружу ни в какую! К ногам жмётся… — он жалостливо посмотрел на эльфийку. Та задумчиво почесала в затылке.
— И пото-о-о-о-ом, — протянул он. — Там же нетути потолка над головой! Вот где жуть-то! Девонька-то и пугается непривыкши…
Рорин окончательно обмяк в кресле.
— Эльфийка — и пугается леса, — простонал он. — Ну и куда мне её девать?! Не могу ж я её вместо комнатной собачонки оставить! Всю мебель мне сгрызёт! И потом… Ко мне скоро делегация эльфов приедет, то да сё, вы нам — мечи, топоры, щиты, мы вам — луки, мясо, вино. А тут — чистая провокация! Вот, скажут, как опустился Рорин — ручную эльфийку на привязи завёл!
Он опасливо покосился на «ручную эльфийку».
— Да и боюсь я её, — признался он. — Ежели она тех троглодитов слопала, дак я же куда помельче их буду…
Чумазая красавица не поняла слов, но уловила опасливый тон и пренебрежительно фыркнула. Её больше заинтересовал гобелен на стене. Она принялась любознательно его лизать, трогать и изучать.
— Да она ручная совсем, — прогудел Фалин. — Её ребятишки из Пятого два месяца подкармливали, когда она к нам повадилась! Такая тихая стала, ласковая, с рук берёт!
Словно в подтверждение он сунул ладошку под нос эльфке. Та подозрительно обнюхала её, лизнула и, убедившись, что угощения нет как нет, внезапно цапнула гнома за пальцы.

версия в журнале

— А-а-а-а, зараза! — проревел он. — Куда кусаться?! Ото ж я задницу тебе надеру! Не посмотрю, что она королевская!
Почуяв, что дело пахнет палёным, шустрая нимфетка полезла под стол и высунула мордашку прямо между коленей Рорина, лукаво смотря на неё. Тот машинально погладил её по голове и почесал за ухом. Эльфийка заурчала.
— Вот ведь… Что-о-о-о?! — загремел Рорин. — Как королевская?!
— Ога, — бесхитростно подтвердил Фалин. — Вона ж у неё на плече диадема вытатуирована. Небось совсем малышкой, бедолага, потерялась. Ну кагды Элебримбер Пятый к нам с афицыяльным визитом приезжал. Ох, и обыскался ж он её. Ещё небольшая война вследствие того и случилась. Утряслось всё потом, правда.
Стерев пыль и копоть с плеча нежданного подарочка, Рорин узрел знаменитую эльфийскую регалию — диадему и благополучно упал в обморок, откинувшись на стуле. Эльфийка, не будь дура, гибкой лаской заползла ему на колени и, свернувшись в клубочек, довольно заурчала. Накормили её загодя сытно.
Фалин и Гили растерянно переглянулись.
— Что будем делать?
— Дык обождём Элебримбера. Он ужо в воротато въезжает.
— А то ж, въезжает.
— Авось обрадуется родной дочурке.
— Небось обрадуется.
Рорин пребывал в обмороке и заодно в блаженном неведении от того, какую встречу ему устроит король эльфов, завидев у него на коленях свою обнажённую дочурку. Фалин и Гили счастливо напевали старинную песенку рудокопов, не подозревая, какой их вскорости ждёт скандал.
Одной только эльфийке из старинного Дома Зелёных Листьев было глубоко чихать как на собственное благородное происхождение, так и на связанную с ней суматоху. Она сладко спала.

версия в журнале

Александр Тэмлейн

АвторАлександр Тэмлейн (псевдоним)

Родился в 1981 году. Окончил Белорусский государственный университет, факультет биологии, по специальности «биотехнология». Научный сотрудник отдела биотехнологии РУП «Институт плодоводства», Республика Беларусь. Автор работает преимущественно в жанрах НФ (научной фантастики), приключенческой, философской и юмористической фэнтези, альтернативной истории, детской сказки, постмодерна.